Алиса жжет(посиделки#111)

Эта история сделана той самой Алисой ИИ, ну вы поняли 😂

Короче к чтению (идея моя, текст ее.)

Глава 1. Первый вдох в чужом мире

Холод ударил по коже, будто кто-то плеснул ледяной водой прямо в лицо. Я резко втянул воздух — и тут же закашлялся. Грудь разрывало, лёгкие горели, а в горле стоял привкус пыли и чего-то горького, незнакомого.

Я открыл глаза.

Над головой нависали тяжёлые, набухшие влагой тучи. Вокруг — голые деревья с изогнутыми, словно скрюченными от боли ветвями. Земля под спиной была сырой, липкой, пахла гнилью и дождём.

«Где я?» — мысль ударилась о череп изнутри, как птица о стекло.

Память возвращалась кусками. Я помнил офис, чашку остывшего кофе, совещание, которое никак не заканчивалось. Потом — резкий свет, ощущение падения, будто мир вывернулся наизнанку… и тишина.

А теперь — это.

— Эй, ты живой? — голос прозвучал откуда-то сбоку, хриплый, настороженный.

Я повернул голову. Рядом стоял парень в простой холщовой одежде, с туго стянутыми в хвост волосами. В руке он сжимал короткую палку, будто дубинку. Лицо у него было острым, насторожённым, а глаза — внимательными, изучающими.

— Кто ты такой? — спросил он, не опуская палки. — И откуда взялся посреди леса?

Я попытался сесть. Тело слушалось плохо, мышцы ныли, будто после изнурительной тренировки.

— Я… не знаю, — честно ответил я, чувствуя, как дрожит голос. — Я просто… оказался здесь.

Парень прищурился.

— «Оказался»? — передразнил он. — В наших краях чужаков не бывает. Либо ты беглый, либо шпион, либо… — он запнулся, будто подбирая слово, — …либо тебя выбросило из разлома.

— Из разлома? — переспросил я.

Он кивнул, но палку не опустил.

— Бывает, что ткань мира рвётся, и оттуда вываливаются всякие… штуки. Иногда — звери. Иногда — люди. Ты похож на человека, но… — он снова оглядел меня, — одежда у тебя странная. И запах… не наш.

Я опустил взгляд на себя. Рубашка, в которой я был на работе, теперь выглядела нелепо: мятая, грязная, с оторванной пуговицей. Брюки тоже были не отсюда — слишком гладкие, слишком ровные швы.

— Меня зовут… — я запнулся. Имя звучало здесь как-то чуждо, будто я пытался вспомнить слово из забытого языка. — Меня зовут Артём.

Парень хмыкнул.

— Артём, значит. Ладно. Если ты не враг, я отведу тебя в деревню. Но если попробуешь что-то выкинуть — я не промахнусь.

Он шагнул вперёд и протянул руку.

Я ухватился за неё, и он рывком поднял меня на ноги. Мир на секунду поплыл перед глазами, но я устоял.

Пока мы шли по узкой тропе между деревьями, парень — его звали Линь — рассказывал о мире, в который я попал.

— Это земли Секты Зеленого Ветра, — говорил он, не оборачиваясь. — Здесь каждый второй мечтает стать культиватором. Кто-то рождается с талантом, кто-то находит редкую технику, кто-то годами копит энергию Ци… А кто-то, как я, просто старается не умереть до следующего урожая.

— Культиваторы? — переспросил я, пытаясь уложить это в голове. — То есть… люди, которые могут управлять энергией? Летать? Делать всякие… чудеса?

Линь фыркнул.

— Летать — это для мастеров высоких ступеней. А чудеса… — он пожал плечами. — Для нас это просто сила. И она решает всё. Без таланта ты здесь — никто. Даже если будешь работать до кровавых мозолей, тебя не возьмут в ученики. А без учителя… — он замолчал, будто не хотел договаривать.

Мы вышли на опушку, и передо мной открылась деревня: низкие домики под соломенными крышами, дымящиеся трубы, люди в простой одежде, спешащие по своим делам. Где-то кричала курица, где-то стучал молоток. Всё было таким… обычным. И в то же время — чужим.

В центре деревни стояла каменная плита с выцветшими иероглифами. Рядом с ней — старик в длинном халате. Он смотрел на нас, и в его взгляде было что-то такое, от чего у меня по спине пробежал холодок.

— Старейшина, — тихо сказал Линь, кланяясь. — Я нашёл этого человека в лесу. Он говорит, что не знает, как здесь оказался.

Старик медленно подошёл, осмотрел меня с ног до головы, будто сканируя. Его глаза были тёмными, почти чёрными, и в них не было ни капли тепла.

— Ты чужак, — произнёс он наконец. — И у тебя нет ауры культиватора. Ни следа энергии Ци. Ни таланта. Ни корней.

Я хотел было что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Но… — старик наклонил голову, будто прислушиваясь к чему-то, — в тебе есть что-то ещё. Что-то… странное.

И тут мир снова треснул.

Не физически — внутри меня. Боль вспыхнула в висках, будто кто-то вонзил туда раскалённые иглы. Я схватился за голову, но было поздно.

Перед глазами пронеслись обрывки: я снова в лесу, снова вижу Линя, снова слышу его голос… но на этот раз я знаю, что он скажет. Знаю, куда мы пойдём. Знаю, что старик скажет про мою ауру.

Это было… дежавю. Только слишком сильное. Слишком реальное.

Когда боль отступила, я снова стоял на той же опушке. Линь всё ещё держал меня за руку, будто только что помог подняться. Старик смотрел на меня, но теперь в его взгляде было не просто любопытство — в нём был страх.

— Что… что это было? — прошептал я.

Линь нахмурился.

— Ты побледнел. Тебе плохо?

Я медленно покачал головой, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Нет. Просто… мне показалось, что я уже был здесь. Что всё это уже происходило.

Старик сделал шаг вперёд и тихо, почти шёпотом, произнёс:

— Регрессия.

Я вздрогнул.

— Что?

— Регрессия, — повторил он, и его голос стал твёрже. — Способность возвращаться назад во времени. Редкая. Опасная. И… — он посмотрел на меня так, будто видел не меня, а что-то за мной, — очень ценная.

Я сглотнул.

— Вы хотите сказать… что я могу… возвращаться?

Старик кивнул.

— И, судя по тому, как ты сейчас выглядишь, это даётся тебе нелегко. Каждый раз ты теряешь что-то. Воспоминания. Силу. Может быть, даже годы жизни.

Я закрыл глаза, пытаясь унять дрожь.

Значит, это правда. Я не просто попал в чужой мир. Я ещё и могу возвращаться назад. Но зачем? Чтобы снова и снова переживать этот момент? Чтобы искать способ выжить в мире, где без таланта ты — никто?

Когда я снова открыл глаза, старик уже повернулся к Линю.

— Отведи его в дом для гостей, — приказал он. — Пусть отдохнёт. А завтра мы решим, что с ним делать.

Линь кивнул и жестом позвал меня за собой.

Я шёл за ним, чувствуя, как земля уходит из-под ног — не от слабости, а от осознания.

У меня нет таланта. Нет силы. Нет места в этом мире.

Но у меня есть регрессия.

И, возможно, это мой единственный шанс выжить.